И кузнечики могут драться

Способность полевых сверчков отважно защищать свой дод\\ была известна людям давно. В некоторых странах Юго-Восточной Азии их даже специально разводили, чтобы потом, ставя ставки, как на скаковых лошадей, с нетерпением ждать, кто же одержит верх.
Дерутся сверчки своеобразно. Борьба их сопровождается сигналами нападения, и оба противника, сцепившись усиками, начинают толкаться, стараясь укусить друг друга. В конце концов один побеждает. Исполнив боевую песню, он кусает того, кто потерпел поражение, и опрокидывает его на бок. Кузнечики тоже не отличаются миролюбивым нравом. Вступая в бой с противником, они потирают задними ногами о брюшко и издают скрежещущий звук. Лягушки под стать кузнечикам, они народ довольно воинственный и любое вторжение на свою территорию встречают в штыки.
О том, что лягушки кричат «бре-ке-ке», знают даже дети. Однако лишь сравнительно недавно ученым удалось расшифровать смысл, заключенный в этом сигнале. Если вдруг раздастся «бре-ке-ке» — раскатистое, но спокойное, сомневаться не стоит: назревает конфликт, соперники вскоре начнут сближаться. Так и случается на самом деле. Но даже не видя происходящего, а только слыша доносящиеся звуки, можно догадаться о том, как будут развиваться события. Чем меньше становится расстояние между хозяином участка и претендентом, тем больше меняется эмоциональная окраска сигнала «бре-ке-ке». Спокойствия в нем уже как не бывало. Трель начинает издаваться на высоких нотах, появляется металлический призвук, каждый крик становится все сильнее и короче. Еще секунда — хозяин не выдерживет и следует драка.

Читать далее «И кузнечики могут драться»

Песни угрозы и нападения

Быть бездомным, значит остаться и одиноким. Именно так обстоит дело у многих животных. Отсутствие своей территории приводит к тому, что они не могут обзавестись семьей. Поэтому, хотя предупреждающие сигналы не проходят мимо ушей, действуя в основном должным образом, они останавливают не всех. Некоторые решаются попробовать свои силы: а вдруг удастся занять участок?
Неизвестно, долго ли собирался с духом бездомный соловей, но, решив отнять участок, который принадлежал его собрату не один год, он сделал остановку в кустарниковых зарослях. У хозяина, обнаружившего его там, естественно, это не вызвало прилива радости. Он расположился в нескольких метрах от пришельца и принялся петь, недвусмысленно давая понять: убирайся восвояси. Но и непрошеный гость не молчал. Песенный поединок продолжался целых полчаса. Поняв, что по-хорошему не получится, законный владелец замолчал. Хвост его, словно веер, распускался и складывался, то он двигался вправо, то влево, а сам соловей издавал очень низкое, рокочущее «р-р-р-р». И вот он уже направился к противнику и подлетел к нему так, что пришелец был вынужден оставить куст. Однако пределы территории, принадлежащей законному владельцу, не покинул. И снова хозяин принял соответствующую позу и издал свое угрожающее «р-р-р-р»…
Синицы, не поделившие участок, бывают настроены не менее воинственно. Самцы болотной гаички, сидя друг против друга, поднимают вверх клювы и прижимают к телу все перья, а потом с угрожающими криками начинают перелетать с ветки на ветку.

Читать далее «Песни угрозы и нападения»

Здесь хозяин я

Соловьи, виртуозно исполняющие многочисленные колена своих прославленных песен, зарянки, черноголовые славки, выводящие не менее прекрасные мелодии, предназначают их, конечно, своим будущим подругам. Но самки, как известно, прилетают обычно позже самцов, а серенады начинают звучать, когда их нет и в помине. Кому же они адресуются? Самцам. Услышав песню своего соплеменника, самец получает неплохой материал для размышлений. Потому что, несмотря на столь очаровательную форму, заключенный в ней смысл самый что ни на есть прозаический: «Я уже занял этот участок леса, советую держаться подальше». Получив такую информацию, выводы из подобного сообщения самцы могут делать разные. И все-таки нередко песня производит на них неизгладимое впечатление. Даже птица, пойманная и посаженная в клетку, но на своей территории, с помощью песни обращает в бегство нарушителя границ.
Животные, которые имеют собственный участок, чувствуют себя в его пределах очень уверенно. Но быть собственником непросто, тут уж не посидишь на месте. Обосновавшись на определенной территории, границы которой строго очерчены и хорошо известны законному владельцу, ее хозяин, распевая, перелетает с места на место и тем самым как бы проводит каждый раз контур, расставляет пограничные столбы на охраняемой территории. Если ему покажется, что возможно вторжение — раздастся голос чужака, — он задерживается на этом участке и начинает там петь особенно старательно.

Читать далее «Здесь хозяин я»

«Каспар Гаузер»

Учатся ли птицы петь? А если учатся, когда именно и кто у них выступает в роли учителей? Эти вопросы давно занимали ученых. Чтобы ответить на них, немецкие исследователи решили поместить птенцов в специальные звукоизолированные камеры и вырастить там: птенцы не должны были слышать песен своих сородичей. Птиц, выросших в подобных условиях, стали называть «Каспар Гаузер», по имени мальчика, который жил в девятнадцатом веке и был воспитан в полном одиночестве эксперименты, проведенные немецкими учеными, а позже исследователями многих других стран показали, что певчие птицы не станут по-настоящему певчими, не пройдя необходимой школы обучения. Конечно, нет правил без исключений. Некоторые овсянки, пеночки-трещетки, песни которых коротки и в них повторяются более или менее однородные звуки, даже выросшие в изоляции смогут петь почти как их сверстники воспитанные на воле. Зато у зябликов дело обстоит хуже.
Свою песню зяблик обычно исполняет две с половиной секунды. Состоит она из трёх строф и заканчивается «росчерком». Репертуар зяблика не слишком обширен, но и не очень мал — у него может быть шесть вариантов песни, которые отличаются один от другого деталями. Коренным образом меняется все когда из гнезда берут двух — или трехдневного птенца и изолируют его. Выросшая в таких условиях птица поет песню совсем простую. Продолжительность ее и звуки, из которых она состоит, приблизительно как и у обычной, однако песня не разделена на строфы и ни о каком «росчерке» не может быть и речи. Положение немного улучшается, если выращивать несколько птенцов вместе. Их весенние песни получаются более разработанными: появляется деление на строфы, но звуки будут по-прежнему несколько отличаться от нормальных.
Коноплянки оказываются в еще худшем положении. Если они не станут учиться, запас «слов» у них будет небольшой. Они смогут петь только очень.простенькие песенки, отличающиеся от нормальных по длительности, структуре и сходные с ними лишь по тональности (сохранится флейтовое звучание некоторых нот) да по элементам, имеющим врожденную природу.

Читать далее ««Каспар Гаузер»»

Еще в яйце, а разговаривают

Родительский инстинкт — одна из могучих сил, лежащих в основе развития всего животного мира. Исчезновение возможности проявить его нередко трагично. Самка одногорбого верблюда, потеряв детеныша, ревет, зовя его, 15 дней. Ослицы, лишившись детей, выращивают куланят, собака соглашается выкармливать своим молоком косуленка.
Помню, как во время демонстрации фильма «Думают ли животные?» зал замер от удивления, когда на экране появилась кошка, окруженная цыплятами. Усыновив их, она стоически выносила все цыплячьи шалости. Особенно досаждал ей один из них: цыпленок все время подпрыгивал и клевал кошку в черное пятнышко на носу. Кошка лишь зажмуривала глаза. Но тут идиллия была нарушена. Появился ястреб. И, защищая «свое» потомство, кошка бросилась на хищника.
Обычно, как само собой разумеющееся, считается, что у животных заботятся о детенышах матери или оба родителя сразу. Однако у трехперсток, птиц Дальнего Востока, и высиживает и воспитывает птенцов отец. Пингвин, дождавшись, когда его подруга снесет яйцо, исполняет в честь такого события песню и предпринимает все возможное, чтобы завладеть им. А потом, уложив его на лапы и прикрыв сверху кожной складкой нижней части брюха, с отрешенным видом начинает согревать его. Пингвин ничего не ест, почти не передвигается, сильно худеет, оперение его тускнеет. Лишь через два месяца возвратившаяся самка, отыскав пингвина по голосу, сменяет его.
Пожалуй, больше всего образцовых отцов среди рыб. Всем известный подкаменщик, или бычок, — небольшая рыбка с широкой головой — охраняет от врагов икру четыре, а то и пять недель. В Белом море живет рыба пинагор, морской воробей.
В длину она достигает 60 сантиметров, а весить может пять килограммов. Самка пинагора оставляет комок икры на камнях в прибрежной зоне и преспокойно уплывает. Как только она удалится, отец будущих маленьких морских воробьев приступает к своим обязанностям. Самая сложная работа начинается в часы отлива, когда икра оказывается на мели. Чтобы она не обсохла, пинагор все время обрызгивает ее водой. Но и уже родившиеся рыбки видят в пинагоре своего защитника. При первой же опасности они бросаются к отцу.
Есть заботливые отцы и среди земноводных. Жаба-повитуха мечет икру, которая скреплена между собой наподобие четок. Самец подхватывает состоящий из икринок шнур и наматывает себе на бедра. Потом он сдвигает его кверху, повыше, и выбирается со своей драгоценной ношей на сушу. Самец очень дорожит ею, и если попытаться отнять у него икру, он издает короткие и жалобные крики. Когда подходит срок появиться на свет головастикам, заботливый папаша отправляется в воду.
Рептилии почти все безразличны к потомству, и поэтому отношение сцинков к своим детям выглядит верхом совершенства. Эти ящерицы время от времени переворачивают яйца, нагревшись сами на солнце, обогревают их, а позже помогают детенышам освободиться от скорлупы. Примерная мать и самка американского аллигатора. Построив гнездо из прутьев, зеток, старых листьев и комьев грязи, которое достигает иногда метра высоты, она откладывает туда яйца. Вырыв неподалеку яму, самка обосновывается в ней и следит за гнездом: перестраивает его, увлажняет. Едва послышится «ворчание» — крики родившихся детенышей — она спешит к кладке и помогает им выбраться из гнезда. Мать продолжает опекать малышей до двух-трех месяцев. У нильских крокодилов гнездо охраняют оба родителя. Услышав сигналы малышей, самка раскапывает гнездо и переносит своих детенышей в водоем. А чтобы помочь освободиться от скорлупы остальным, она начинает перекатывать яйца во рту.

Читать далее «Еще в яйце, а разговаривают»

Раньше полудня не вернусь

Животные становятся взрослыми в разное время. Скворцы, соловьи, синицы и многие другие воробьиные птицы обзаводятся семьей, когда им нет и года, орлы — на пятый или шестой год жизни, а темноспинные альбатросы приступают к гнездованию лишь в семилетнем возрасте. Не отличается однотипностью и картина у млекопитающих. У рыжих полевок период взросления совсем короткий: около месяца. Лисицы и белки достигают половой зрелости приблизительно к году жизни, а волкам для этого нужно время в два раза большее. Что касается бурых медведей, то они становятся взрослыми в три-четыре года. Слоны впервые вступают в брак в 10—15 лет, а носороги почти в 20 лет.
Не менее разнообразен и характер брачных отношений у животных. Одни встречаются, чтобы вскоре навсегда разойтись, другие проводят вместе десятки дней, третьи не расстаются долгие годы, а некоторые и всю жизнь. Есть животные, которые в брачной жизни действуют по принципу: чем больше самок, тем лучше, но немало и однолюбов, причем среди них есть такие, что если погибает один, второй уже не вступит в брак. Однако сколь непохоже не выглядели бы отношения двоих в животном мире и какую бы реакцию они не вызывали у нас, людей, эти отношения не возникли, как говорится, на ровном месте. Необычайная верность животных, которой мы восхищаемся, или, наоборот, неразборчивость, стремление собрать вокруг себя много самок и интересоваться каждой только до определенного момента, а потом словно ее и нет рядом— все эти и другие отношения выработались у животных в процессе эволюции, в ходе естественного отбора. Какими бы они ни были — они выгодны для вида в целом. Любой из них — оптимальный вариант продления рода, возможности оставить жизнестойкое потомство именно для этого вида. Но почему все же одни животные придерживаются единобрачия, а другие по-лигамны?

Читать далее «Раньше полудня не вернусь»

Зачем надо петь в хоре!

Как бы ни были разнообразны песни животных, как бы ни отличались друг от друга сами певцы, есть критерий, позволяющий объединить многих животных в одну группу — любителей хорового пения.
Рассказ о них начнем вот с этой цитаты: «Вечерами тут возникали облака длиной иногда до семи километров, а ширину их я указать не могу. Облака выглядели совершенно фантастически: вверх из них вдруг выпячивались купола, медленно превращаясь затем в столбы многокилометровой высоты. Эти столбы клонились под легким ветром, качались, потом редели, расширялись вверху, как кроны пиний, и медленно растворялись, уступая место новым, поднимающимся из облака. Явление продолжалось до наступления ночи. У земли, где было уже темно, облака медленно исчезали, а их верха еще золотились на солнце. Оттуда все еще вздымались один за другим новые столбы, а само облако непрерывно колебалось, шло волнами» .
Конечно, трудно предположить, что чудеса, свидетелем которых был шведский натуралист К. Везенберг-Лунд, самого обычного происхождения. Но от действительности никуда не уйдешь. Фантастические «облака» своим рождением были обязаны звонцам — комарам, кстати, не заслужившим к себе плохого отношения со стороны людей, потому что их не интересует ни кровь человеческая, ни кровь каких-либо других живых существ. Хотя, если сохранять до конца объективность, звонцы все же могут доставлять людям хлопоты, правда, несколько другого порядка. Не раз поминают их недобрым словом шоферы: из-за склонности звонцов образовывать огромные стаи и останавливаться там, где они считают нужным, видимость на дорогах может упасть до 50 метров. В прежние времена рои звонцов, танцующих в небе над зданиями, вводили в заблуждение пожарников: настолько очертания этих роев похожи на дым. Но почему, однако, комары каждое лето упорно собираются в огромные стаи, или, что бывает гораздо чаще, в небольшие «облачка», которые встречаются где-нибудь невдалеке от пруда? Жизнь взрослых самцов коротка: лишь несколько дней отведено им природой с одной единственной целью — они должны оставить потомство. Появившись на свет, комары слетаются в стаи. Как бы старательно ни взмахивал один комар крыльями, выводя свою мелодичную серенаду, слишком тиха его песенка. А когда звонцы объединяют усилия и начинает звучать многоголосый хор, положение дел сразу меняется: самкам, летающим поодиночке, гораздо проще услышать призыв и найти певцов.

Читать далее «Зачем надо петь в хоре!»

Визитные карточки животных

У лягушек и жаб первыми обосновываются в водоемах самцы. Время, отпущенное земноводным на то, чтобы оставить потомство, ограничено: вода в некоторых прудах, а тем более в лужах держится недолго, она вытекает или высыхает. И самцы, не теряя времени попусту, сразу начинают выводить свои серенады. Разнообразные по тональности и длительности, они слышны отовсюду. По этому звуковому маяку и ориентируются самки. Но в одном пруду иногда оказывается несколько видов земноводных, а внешне они почти не отличаются друг от друга. Однако самки разбираются, где свои, а где чужие. Сделать правильный выбор им, как мы узнали ранее, помогает призывная песня. Именно она служит визитной карточкой животного.
В визитной карточке любого животного содержится много сведений и, конечно, обязательно указан вид, к которому принадлежит то или иное насекомое, амфибия, птица. Это помогает животным решить важнейшую проблему—не вступить в смешанный брак, избежать гибридизации. Ведь гибриды в большинстве случаев не дают потомства, они менее жизнеспособны.
Когда у лягушек брачная пора в разгаре, вода буквально кишит соплеменниками и возможность ошибиться все-таки есть. Чтобы ошибки не произошло, при более близком знакомстве избраннику устраивается проверка: он должен или покрякивать определенным образом или обхватить самку, как положено представителю ее вида. Если что-то в этой цепи будет нарушено, раздастся сигнал освобождения: отрывистые взрывные звуки. Но вот незадача: все вроде бы сделано по правилам, а дан отпор —звучит прежний крик. В чем дело? Оказывается, самец претендует на внимание, а самка уже отметала икру.
В мешанине и неразберихе, царящей в водоеме в брачную пору, бывает, что и самца принимают за самку. Если подобное происходит, тоже раздается протестующий крик. Обычно самка, издав крик освобождения перестает двигаться, замирает, а самцы, наоборот, стремятся вырваться и бурно сопротивляются до тех пор, пока их не отпустят.
Желтобрюхие и краснобрюхие жерлянки, прудовые лягушки имеют два совершенно разных крика, смысл которых одинаков: оставь в покое. А некоторые жабы и квакши выпутываются из создавшейся ситуации вообще без крика. Их сигнал освобождения на слух звучит как гудение или жужжание. Образуется он в результате вибрации боковых стенок тела.

Читать далее «Визитные карточки животных»

Алло, я жду тебя

На вершинах холмов, на совершенно ровных участках — всюду ели. Иногда, словно для разнообразия попадутся островки из кленов, осин, дубов или вдруг встретятся возле болот чахлые сосны. Но они как-то не задерживают на себе внимания, зато просто невозможно не остановиться возле небольших елочек, которые кажутся созданными не природой, а театральным художником для декораций: настолько замысловато они разукрашены лишайниками. Наглядевшись на них вдоволь и пробираясь дальше между деревьями, можно обнаружить необъятные стволы. Долго будешь скользить по ним взглядом вверх, да так и не доберешься до конца: высота некоторых гигантов-елей достигает 40 метров. Возраст здешних деревьев тоже немаленький —110—140 лет, попадаются и 300-летние. Если попытаться подобрать определение, наиболее точно характеризующее лес, раскинувшийся в юго-западной части Калининской области, то самым подходящим будет слово «дремучий». Такая растительность покрывала в свое время всю Среднерусскую возвышенность. Вольготно чувствует себя здесь любимый герой сказок, былей и небылиц, а в действительности вовсе не увалень и далеко не добродушный зверь — бурый медведь.
В июне, когда вокруг благоухают травы, в лесу появляются не совсем обычные тропы. Отправившись по следу, можно убедиться, что такие тропы тянутся и 10, и 14 километров. Но продвигаться по ним не очень сложно: медведи прокладывают тропы на этот раз без всяких петель и выбирают для них наиболее удобные места — просеки, дороги, поляны. Время от времени на тропе вместо хорошо известных следов вдруг встречаются круглые углубления. Эти довольно заметные ямки рсполагаются одна за другой. Участки тропы, занимаемые ими, различны: наименьший— шесть, наибольший — 24 метра. Ямки, разумеется, сами по себе не получаются. Чтобы сделать их, медведь широко расставляет ноги и резким толчком как бы пытается ввинтить задние лапы в землю. Чаще всего он метит подобным образом свою тропу на сухих возвышенных местах. Медведь старается не зря. Обнаружив такую тропу, медведица отправляется по следу и вскоре звери встречаются.

Читать далее «Алло, я жду тебя»

Лесные жители не понимают городских

Приехав в Горьковскую область, можно заметить, что люди там говорят, «нажимая» на «о». А на севере нашей страны вместо «что» скажут «цо», вместо «горячо» — «горяцо». В одних местностях есть такие слова, которые не услышишь в других. Клюкву называют журовиной, брюкву — слащой, дурниной, ланкой, бакланом, бушмой, урюпой (всего 39 названий). Вместо «пахать» скажут «орать», готовят обед в некоторых областях не в кухне, а в суднице. А вот как звучат местные среднерусские слова в одном из стихотворений Н. А. Некрасова:
Дождик, что ли, собирается, Ходят по небу бычки; Вечер пуще надвигается, Прытче идут мужички.
Пес бежит сторонкой, нюхает, Поминутно слышит дичь. Чу! как ухалица ухает, Чу| ребенком стонет сыч.
Все эти разнообразные слова, свое, особое, произношение звуков и их сочетаний и употребление их в обиходе сложилось в определенных местностях в силу исторических условий. И человек, родившийся в той или иной области, крае, учится говорить, как и все живущие там. Немало из усвоенных им слов бывает понятно лишь ограниченному числу людей.
И хотя аналогий проводить, видимо, не стоит, но многие виды животных распространены так широко, что подчас обитают в областях с очень разнообразными природными условиями. Не секрет, что некоторые группы животных одного вида по ряду причин оказывались совсем или почти изолированными. Известно, что в каждой местности птицы образуют, по меткому выражению крупного советского зоолога А. Н. Промптова, многолетние постоянные «ядра туземцев», возвращаясь из года в год туда, где вывелись. Естественно, сам собой напрашивается вопрос: «Не отражается ли все это на языке животных?» Совсем давние наблюдения и исследования последних лет позволяют без тени сомнения ответить: «Отражается». Сейчас у многих животных обнаружены и «диалекты», и «наречия», и «местные говоры».

Читать далее «Лесные жители не понимают городских»